Антология русского рока и панк-рока >>> АукцЫон


Леонид Федоров и Владимир Волков. Альбом "Безондерс" 2005 год

Леонид Федоров и Владимир Волков. Альбом "Безондерс" 2005 год 01. Моя Ны
02. Суд
03. Червяк
04. Немцы
05. Тучи
06. Верьте
07. Собака Вера
08. Ореховая песня
09. Сын

Леонид Фёдоров - вокал, гитара, перкуссия, синтезатор
Владимир Волков - контабас, синтезатор, виола да гамба, перкуссия, флейты, вокал
Ансамбль OPUS POSTH под управлением Т. Гринденко (1,6)
Л. Фёдорова - голос (8)
А. Агранович - голос Отца (8)

Моя Ны (Л. Фёдоров, В. Волков, В. Мартынов / А. Введенский)

Шопышин А Шопышин А
А Шопышин А Шопышин А
А татарин мой татарин

У тебя хорошие усы
Ты славно забиваешь гвозди
Прекрасный ты столяр
Хороший человек татарин

Ны моя Ны
Моя маленькая грязная Ны
Моя нечистоплотная Ны
Моя милая хорошая Ны
Крепкая, как орешек
Моя добрая старушка Ны
Славная обкуренная трубка,
А когда купил не помню...

А вам, вам, тараканам
Кричу с балкона теперь
Что иным детям безрассудно,
То вам Каспийская губерния
Черти...

Три угла, четыре колокольни
Три боба, нестругана доска
Стало сердце от вчерашней брани
Отчего нестругана доска?
Оттого что сгнила...

Суд (В. Волков / А. Введенский)

Сижу
Ряжу
Сужу
Решаю
Нет не погрешаю
Судим.
Будем
Судить
И будить
Людей.
Несут
Суд
И сосуд
На блюде.
Несут
На посуде
Судей.
Сужу
Ряжу
Сижу
Решаю
Решу
Нет не согрешу.

Червяк (Л. Фёдоров, В. Волков / А. Введенский)

Я мысли свои разглядывал.
Я видел у них иные начертания.
Я чувства свои измеривал.
Я нашел их близкие границы.
Я телодвижения свои испытывал.
Я определил их несложную значимость.
Я миролюбие свое терял.
У меня не осталось сосредоточенности.

Догадывающийся догадается.
Мне догадываться больше нечего.
Мне жалко что я не зверь,
Бегающий по синей дорожке,
Говорящий себе поверь,
А другому себе подожди немножко.
Мне не нравится что я смертен,
Мне жалко что я неточен.

Многим многим лучше, поверьте,
Частица дня единица ночи.
Мне трудно что я с минутами,
Они меня страшно запутали.
Мне страшно что я не трава трава,
Мне страшно что я не свеча.
Мне страшно что я не свеча трава.
Мне страшно что все приходит в ветхость,
И я по сравнению с этим не редкость.

Мы сядем с тобою ветер
На этот камушек камушек смерти.
Мне жалко что я не семя,
Мне страшно что я не тучность.
Червяк ползет за всеми за всеми,
Он несет однозвучность.
Мне страшно, что я неизвестность,
Мне жалко, что я не огонь.

Немцы (Л. Фёдоров, В. Волков / А. Введенский)

Немцы грабят русскую землю.
Я лежу и грабежу внемлю
Немцам позор, Канту стыд.
За нас каждый гренадер отомстит.

Наблюдая деятельность немцев,
Распухал как звезда я.
Под взором адвокатов и земцев
Без опахал упал из гнезда я.

Что же такое, нет, что случилось,
Понять я не в силах, - царица молилась
На запах левкоя, на венки,
На венки, на кресты

На могилах, но пуча
Убитые очи, как туча,
Как лошади бегали ночи.
Ты хороша прекрасная война,
И мне мила щека вина,
Глаза вина и губы,
И водки белые зубы.
Три года был грабеж,
Крики, пальба, бомбеж.
Штыки,цветки,стрельба,
Бомбеж, грабеж, гроба.

Тучи (Л. Фёдоров, В. Волков / А. Введенский)

Тучи в небе тлеют, страшен вид страны
То они светлеют, то опять черны
То они недвижны, как скала мертвы
То скоропостижно мчатся словно львы
Столько в них движенья, столько синих сил
Будто на сраженье Бог их пригласил
С грохотом и треском носятся в ночи
Ненасытным блеском светятся мечи

Верьте (Л. Фёдоров, В. Волков, В. Мартынов / А. Введенский)

Верьте, верьте ватошной смерти
Верьте папским парусам дни и ночи
Холод пастбищ, голос шашек
Птичий срам
Ходит в гости тьма коленей
Летний штык тягучий ад
Гром гляди каспийский пашет
Хоры резвые посмешищ
Небо грозное кидает
Взоры птичьи на Кронштадт

Верьте, гордой дудкой мчатся волны
Мел играет мертвой стенкой
В даль кидает, как водичку
Спит пунцовая соломка
На спине сверкают "три"
Полк английский ерусланский
Шепчет важное ура.
Шепчет важное ура.
Мы не верим, что мы спим.
Мы не верим, что мы здесь.
Мы не верим, что грустим.
Мы не верим, что мы есть.

Верьте, уж летят степные галки
Уж горячей пеной по небу
В шесть мечей сверкают башни
И блестят латинским маслом
Волосами щит лазурный
Вмиг покрылся, как гусеныш
Кипите кости в жиже бурной
Варенье чёрное в стаканах
Уста тяжелого медведя
Горели свечкою в берлоге
Мы не верим, что мы спим.
Мы не верим, что мы здесь.
Мы не верим, что грустим.
Мы не верим, что мы есть.
Они открылись и сказали:
"На гуслях смерть играет в рясе
Она пропахшему подружка"
Чу, сухорукие костры
(Свиная тихая колхида)
Горели мясом. Рысь женилась...

Собака Вера (Л. Фёдоров, В. Волков / А. Введенский)

Стол. На столе гроб. В гробу Соня Острова.
В Соне Островой сердце.
В сердце свернувшаяся кровь.
В крови красные и белые шарики.
Ну конечно и трупный яд.
Всем понятно, что светает.
Собака Вера, поджав хвост, ходит вокруг гроба.
На часах слева от двери 8 часов утра.

Я хожу вокруг гроба.
Я гляжу вокруг в оба.
Эта смерть - это проба.

Бедный молится хлебу.
Медный молится небу.
Поп отслужит тут требу.

Труп лежит коченея.
Зуб имел к ветчине я.
Умерла Дульчинея.

Всюду пятна кровавы.
Что за черные нравы.
Нянька нет вы не правы.

Жизнь дана в украшенье.
Смерть дана в устрашенье.
Для чего ж разрушенье.

Самых важных артерий.
И отважных бактерий.
В чем твой нянька критерий.

Федор гладил бы круп.
Твой всегда поутру б,
А теперь ты сама станешь труп.

Ореховая песня (Л. Фёдоров, Л. Фёдорова / А. Введенский)

...вдоль берега шумного моря шел солдат Аз Буки Веди. У него была основная руководящая мысль про орехи.
Он шел и шептал песню. Был вечер. Солдат Аз Буки Веди, подходя к жалкому, не освещенному рыбаками,
живущими в нем, рыбачьему домику, в котором жили рыбаки, в том случае, когда они не находились в плавании
в шумном, черном, каспийском, по существу даже в средиземном, или что то же самое, Адриатическом море,
а находились на берегу, то тогда они жили в нем.
Их рыбаков было пять человек. Они пристально ели суп с рыбой. Их звали: Андрей, Бандрей, Бендрей, Гандрей,
и Кудедрей. У них у всех были дочери. Их звали: Ляля, Таля, Баля, Каля и Саля. Они все вышли замуж. Был вечер.
Солдат Аз Буки Веди не зашел в дом к этим огородникам. Он не постучал к ним в дом. Он шел погруженный
в свою мысль, основную им руководящую мысль об орехах. Солдат Аз Буки Веди не заметил их рыбачьего дома.
Ни их сетей, ни их снастей, ни их дочерей, ни их супа. Хотя он и продрог и все равно надвигалась ночь, но он
прошел мимо. Настолько он был охвачен своей основной руководящей мыслью об орехах. Был еще вечер.
Аз Буки Веди шел, почти бежал и говорил ореховую песню. Представим себе, то есть мысленно услышим,
эту песню. Следует ли из того, что песня названа ореховой, что в ней и должны рисоваться орехи.
Да, в данном случае, следует. Далеко не всегда это бывает так, но в данном случае следует. Вот она эта песня.
Солдат Аз Буки Веди пел о разнице скорлуп грецкого и американского ореха. Вот что он пел.

У грецкого ореха скорлупа
Имеет нежный вид.
У американского ореха скорлупа
Имеет дикий вид.
Первая скорлупа прочна,
Ясна, сочна,точна.
Вторая скорлупа проста,
Она как лебедь без хвоста,
Откуда эта разница берется,
Кто знает тот дерется.
Мне грецкий нравится орех,
Ведь в нем есть смех.
Его скорлупа прекрасна,
Но мысль о ней напрасна.
Есть у американского ореха цвет,
Может быть этот цвет ему брат.
Но где начинается его рассвет,
Не сказать никому ни вперед ни назад.
Откуда эта разница берется,
Кто знает, тот дерется.
Вот и все что я мог и спел
Об их скорлупе кончающейся на эл.

Тут, как бы в ответ на эту песню, вспыхнуло освещенное свечой, ранее не освещенное, окно потухшего совсем,
навсегда рыбацкого домика. Рыбак Андрей, Бандрей, Бендрей и Гандрей постучал в окно и крикнул солдату
Аз Буки Веди:
- Ротный командир, любишь ли мир?
А рыбак Кудедрей самостоятельно варил и продолжал есть свой рыбацкий суп. Был вечер, хотя и надвигалась ночь.
Но что мог ответить Аз Буки Веди, когда он не слышал вопроса. Он был уже очень далеко то них.
И тогда он внезапно, но не неожиданно, превратился в отца и... и сразу спел новую песню. Отец пел.
Мать слушала. Отец пел, а мать слушала. Отец пел и мать слушала. Что же она слушала?...

Сын (Л. Фёдоров / А. Введенский)

Я по улицам ходил.
Сына я везде искал
Но нигде не находил,
Даже средь прибрежных скал.

Я потом пошел в лесок,
Побежал на брег морской.
Где ты, где ты мой сынок,
Я кричал вокруг с тоской.

Сын мне отвечал ау,
Может быть я вовсе здесь,
Я тогда вокруг взглянул,
Сын мой растворился весь.

Тут завыли птицы все
И заворковал зверек.
Плачьте, плачьте плачьте все
Им прокуковал ле сок.

Над морем темным благодатным
Носился воздух необъятный,
Он синим коршуном летал,
Он молча ночи яд глотал.

И думал воздух: все проходит,
Едва висит прогнивший плод.
Звезда как сон на небе всходит,
Пчела бессмертная поет.

Пусть человек как смерть и камень
Безмолвно смотрит на песок.
Цветок тоскует лепестками
И мысль нисходит на цветок.

А воздух море подметал
Как будто море есть металл.
Он понимает в этот час
И лес и небо и алмаз.

Цветок он сволочь, он дубрава,
Мы смотрим на него направо,
Покуда мы еще живем
Мы сострижем его ножом.

А воздух море подметал
Как будто море есть металл.
Он человека стал мудрее,
Он просит имя дать ему.

Цветок мы стали звать Андреем,
Он нам ровесник по уму.
Вокруг него жуки и пташки
Стонали как лесные чашки,

Вокруг него река бежала
Свое высовывая жало,
И бабочки и муравьи
Над ним звенят колоколами,

Приятно плачут соловьи,
Летая нежно над полями.
А воздух море подметал,
Как будто море есть металл.

Все музыкальные и видео файлы на этом сайте представлены исключительно для ознакомления без целей коммерческого использования и должны быть удалены в течение 24 часов с момента скачивания. Администрация сайта не несет ответственности за неправомерные нарушения пользователей против правообладателей. Сайт предоставляет только ссылки на скачивание и ничего более.

На правах рекламы: Модная окраска волос 2013 фото

Яндекс.Метрика

Антология русского рока COPYRIGHT © 2008-2016. All Rights Reserved.