Антология русского рока и панк-рока >>> Ва-Банкъ


Александр Ф. Скляр. Альбом "По направлению к танго" 1998 год

Александр Ф. Скляр. Альбом "По направлению к танго" 1998 год 01. Аргентина
02. Бледно-зелёные цветы
03. Дилара
04. Аманда
05. Танго журналистов
06. Джонни
07. Рапсодия
08. Всемирный успех 1929 года
09. Кармен-буги
10. О, город Гамбург
11. Ленинградские мосты
12. Леди Даннеман
13. Талисман

Аргентина (А. Ф. Скляр)

Я не бывал на Рио Колорадо,
Не целовал гитану между глаз.
Но и под солнцем Крыма,
Родная Аргентина,
Тебя я узнаю в который раз.

Меня не обмануть нарядом пошлым,
Под маской мне видны твои черты.
И пусть цыган Алеша
Здесь не поет, но все же,
Родная Аргентина, это ты!

Аргентина! Аргентина!

Здесь каждый оборванец, как идальго,
Здесь музыкант в почете, как сеньор,
И только здесь под страстный звон гитары
Танцуют настоящее танго.

Я узнаю тебя в твоих аккордах,
В сверкании крестов и в звоне шпор.
Мне говорить не надо, ты отблеск Эльдорадо,
Которое искал конкистадор.

Аргентина! Аргентина!

Я не бывал на Рио Колорадо,
Не целовал гитану между глаз.
Но и под солнцем Крыма,
Родная Аргентина,
В тебя влюбляюсь я в который раз.

Пускай ханжа гнусавит о проблемах,
Пускай ведет фальшивую игру,
Крапленную колоду я кину ему в морду
За нас, за Аргентину, за мечту!

Аргентина! Аргентина!
Аргентина! Аргентина!

Бледно-зелёные цветы (Е. Головин)

Бледно-зелёные цветы в твоих таинственных глазах,
И водопад твоих волос и волны странных грёз,
И иронического рта улыбка словно эдельвейс,
И воспаленная мечта и зло зловещих фей.

Лес и золотистый крик пантер
И в листве горят твои глаза.
Лес и в одиночестве твоём
Мы живём в тени твоих волос.

Ты забываешь навсегда глухой асфальтовый пейзаж,
И утомительный мираж из безнадёжных лиц,
И руки влажные твои ласкают сумрачный каприз,
И тело, словно дикий лес для перелётных птиц.

Лес и золотистый крик пантер
И в листве горят твои глаза.
Лес и в одиночестве твоём
Мы живём в тени твоих волос.

Лес и золотистый крик пантер
И в листве горят твои глаза.
Лес и в одиночестве твоём
Мы живём в тени твоих волос,
В тени твоих волос,
В тени твоих волос...

Дилара (А. Ф. Скляр)

Дилара, Дилара, Ди-ла-ри-ла-ла-ра...
Страстна как гитара, грациозна, как лань.
Дилара, Дилара, Ди-ла-ри-ла-ла-ра...
Хищными зубами ты меня не порань.

Радуйся где-нибудь, радуйся как-нибудь,
Радуйся с кем-нибудь на лужайке.
Отдавай свою любовь любому попрошайке.
Только припомни где, только припомни как,
Только припомни, с кем ты играла.
Спину украсит завтра им рукоять моего кинжала.

Дилара, Дилара, Ди-ла-ри-ла-ла-ра...
Драки и дуэли твой последний каприз.
Дилара, Дилара, Ди-ла-ри-ла-ла-ра...
Все спешат в надежде на изысканный приз.

Радуйся где-нибудь, радуйся как-нибудь,
Радуйся с кем-нибудь на лужайке.
Отдавай свою любовь любому попрошайке.
Только припомни где, только припомни как,
Только припомни, с кем ты играла.
Спину украсит завтра им рукоять моего кинжала.

Дилара, Дилара, Ди-ла-ри-ла-ла-ра...
Жизнями чужими ты играешь в лото.
Дилара, Дилара, До-донна-ли-ла-ла-ра...
Кто-то проиграет, я, поверь, знаю кто.

Радуйся где-нибудь, радуйся как-нибудь,
Радуйся с кем-нибудь на лужайке.
Отдавай свою любовь любому попрошайке.
Только припомни где, только припомни как,
Только припомни, с кем ты играла.
А завтра разрежет тебе корсет остриё моего кинжала.

Дилара, Дилара, Ди-ла-ри-ла-ла-ра...
Ди-ла-ри-ла-ла-ла-ла-ла...

Аманда (Е. Головин)

Меня никто не любит и я совсем один,
На женщин денег не было и нет.
И в безнадёжной скуке углём на штукатурке
Я набросал роскошный силуэт.

Её зовут Аманда, в ослепительном канкане,
Она плюёт на всякую мораль,
И жадно расползаясь обнаженными ногами
Ласкает свой неистовый кристалл.

Её пылают губы, её пылает сердце,
Горит её малиновая шерсть.
Горят мои ресницы и красные лисицы
Съедают все, что только можно съесть.

Из голубого пепла моего когда-то тела
Мерцают раскаленные угли.
Её зовут Аманда, но ведь только Саламандра
Достойна этой пламенной любви.

Из голубого пепла моего когда-то тела
Мерцают раскаленные угли.
Её зовут Аманда, но ведь только Саламандра
Достойна этой пламенной любви.

Танго журналистов (автор неизвестен)

За окном пустота, в стакане пусто,
Ни монеты в кошельке, ни в сердце чувства.
У герцогини Обервиль случилась кража -
Неплохой материал для репортажа.

Шеф кричит, что упал тираж газеты,
Мы в далёкий Непал берём билеты.
Мы опускаемся на дно на батисфере,
Там акулы молчат, по крайней мере.

Шеф отдал нам приказ лететь в Кейптаун -
Говорят, там растёт зелёный лавр.
Там негритянские царьки играют в покер
И терзает мозги тамтам жестокий.
Там негритянские царьки играют в покер
И по нервам стучит тамтам жестокий.

Так проходит вся жизнь в угаре пьяном
По игорным домам, по ресторанам,
Где плачет пьяный саксофон, рыдают скрипки,
В папиросном дыму плывут улыбки.
Где плачет пьяный саксофон, рыдают скрипки,
В папиросном дыму плывут улыбки.
Где плачет пьяный саксофон, рыдают скрипки
В папиросном дыму плывут улыбки.

Джонни (Е. Головин)

В супермодном зале где, как нам сказали,
Розовые тени льются на ковёр.
В розовом берете, словно принц в балете,
На эстраду вышел Джонни-вор.

Пел он про улыбки, розовели скрипки,
Девы розовели словно мандарин.
Пел о дальних странах, где полно в карманах,
Где лихие люди любят кокаин.

Ах, этот горький вопрос
В Бугенвиль ...........
Найдём ли мы приют?
Ах, это танго проблем
И волнующих тем,
Его уж не поют.

Джонни пел о жути нищенских предместий,
О позоре пошлых денежных измен.
Кто-то разрыдался и упал на месте
И сорвав браслеты, плакал о Кармен.

Как-то очень быстро вдруг раздался выстрел
И певцу внезапно наступил конец.
В муках умирая, он упал, не зная,
Что его убил родной отец.

Ах, этот горький вопрос
В Бугенвиль ...........
Найдём ли мы приют?
Ах, это танго проблем
И волнующих тем,
Его уж не поют.

Ах, этот горький вопрос
В Бугенвиль ...........
Найдём ли мы приют?
Ах, это танго проблем
И волнующих тем,
Его уж не поют.

Рапсодия (А. Ф. Скляр)

Воспалённый коралл ваших тонких ногтей
Заставляет забыть бесполезный порыв.
Недоступность обмана, обладания тень,
Я над тенью обмана плачу болью струны.

Испуганный сон, как летучая мышь
Промелькнет, чуть коснувшись крылом.

В полумрачном кафе у Бульвара Теней
Бледно-зыбкий мираж, как и прежде далёк.
Остаётся допить нереальный коктейль
И спокойно спуститься в коралловый грот.

То испуганный сон, как летучая мышь
Крикнет, чуть коснувшись крылом.

Незаметно пройти в лабиринте ночей
И к Бульвару Теней подойти наугад.
И зайдя в то кафе, заказать тот коктейль,
И в бокале увидеть коралловый сад.

Воспалённый коралл ваших тонких ногтей...

Всемирный успех 1929 года (автор неизвестен)

Стало мне в Венеции жарко
И смешно кормить голубей,
И на площади Святого Марка
Встретился бамбино чичисбей.

Вид ваш сеньора мне приятней
Самой высокой голубятни.
Вы всех голубок мне милее,
Сердце забилось больнее, больнее.

Но у меня на сердце стужа,
Больше всего боюсь я мужа.
Кротости нет в нём голубиной,
Крикнет он: "Что за бамбино, бамбино?!"

Но я отвечу не робея:
"Даме нельзя без чичисбея"
Ходят по городу фашисты
К дамам они пристают.

Как-то раз в закрытой гондоле
Страстно он шептал мне: "Убей!"
И сжимал мне руки до боли
Мой бамбино, мой чичисбей.

Но у меня на сердце стужа,
Больше всего боюсь я мужа.
Кротости нет в нём голубиной,
Крикнет он: "Что за бамбино, бамбино?!"

Но я отвечу не робея:
"Даме нельзя без чичисбея"
Ходят по городу фашисты
К дамам они пристают.

Как-то раз не ждали мы мужа
Я была в костюме нео-бэй.
Был одет скромнее и хуже
Мой бамбино, мой чичисбей.

Муж был рассержен, видя это
Целится стал из пистолета
Целится, стал искать фашиста
Странно тут дело не чисто, не чисто!

Но тут мы ему всё рассказали:
Как нас фашисты обобрали,
Как нас до ниточки раздели
Как мы укрылись в отеле, в постели.

Так проживу я, не робея,
Даме нельзя без чичисбея.
Ходят по городу фашисты
К дамам они пристают.

Кармен-буги (Е. Головин)

"Всё напрасно мольбы и слёзы!"
Шипит презрительно Кармен.
Он дарил ей рыбу и розы -
Абсолютный джентльмен.

Он решил, она попалась
.................... и в облака
И протянутой осталась
Разочарованная рука.

Не надо песен, не надо сплетен,
Не надо власти, не надо страсти.
Будь интересен и всем полезен,
И чисти зубы каждый год!

Не надо песен, не надо сплетен,
Не надо власти, не надо страсти.
Будь интересен и всем полезен,
И чисти зубы каждый год!

Тебя все знали и все любили
Неизвестно что с тобой
У любви как у пташки крылья
И как у кошки хвост трубой

Она роскошней осенних листьев,
Её нельзя никак поймать.
Это словарь очевидных истин
Это знает родная мать.

Любите пташек, любите кошек
Любите сабли и рок-ансамбли
Но не жалейте об Афродите
И не мечтайте и не просите,
И не молите о любви!

Любите пташек, любите кошек,
Любите сабли и рок-ансамбли,
Но не жалейте об Афродите
И не мечтайте и не просите,
И не молите о любви!

Любите пташек, любите кошек,
Любите сабли и рок-ансамбли,
Но не жалейте об Афродите
И не мечтайте и не просите,
И не молите о любви!

Любите пташек, любите кошек,
Любите сабли и рок-ансамбли,
Но не жалейте об Афродите
И не мечтайте и не просите,
И не молите о любви!

Любите пташек, любите кошек,
Любите сабли и рок-ансамбли,
Но не жалейте об Афродите
И не мечтайте и не просите,
И не молите о любви!

О, город Гамбург (Е. Головин)

О, город Гамбург - морская и пивная пена,
Где активисты бегут в готический собор.
О, город Гамбург - мы припадаем на колено,
Хотя, пожалуй, это будет перебор.

Озорное танго, кудрявые певицы,
Розовые туфли, соблазнительная грудь.
Две пивные кружки, милые сестрицы,
Пена поцелуя счастья не вернуть.

О, город Гамбург - ты утопаешь в орхидеях,
В ночных кварталах бушует солнечный разврат.
В любовных джунглях сверкают золотом аллеи,
Церковный шпиль оплёл капризный виноград.

Озорное танго, кудрявые певицы,
Розовые туфли, соблазнительная грудь.
Две пивные кружки, милые сестрицы,
Пена поцелуя счастья не вернуть.

О, город Гамбург - король пивного парадиза,
Где страстных немцев так увлекает каратэ
Но мы - туристы, мы жаждем сложного стриптиза
И красоты антифашистских варьете.
Но мы - туристы, мы жаждем сложного стриптиза
И красоты антифашистских варьете.

Озорное танго, кудрявые певицы,
Розовые туфли, соблазнительная грудь.
Две пивные кружки, милые сестрицы,
Пена поцелуя счастья не вернуть.

Но мы - туристы, мы жаждем сложного стриптиза
И красоты антифашистских варьете.
Но мы - туристы, мы жаждем сложного стриптиза
И красоты антифашистских варьете.

Ленинградские мосты (М. Табачников / Л. Дивидович, В. Драгунский)

Когда мы были молоды, бродили мы по городу,
Встречали мы с подружками рассвет.
Свиданья назначали мы, и все тогда считали мы,
Что лучше моста места встречи нет.

В те дни неповторимые один встречал любимую
Почти всегда на каменном мосту.
Другой, придя заранее на первое свидание,
На Троицком стоял, как на посту.

У фонарей Дворцового встречались Вера с Вовою,
А Женечка бежал на Биржевой:
Летел для встречи с Катею. У всех была симпатия
У каждого был мост любимый свой.

Весною незабвенною и я встречался с Леною,
И наш маршрут был трогательно прост.
Купив букет подснежников, влюбленные и нежные,
Мы шли всегда на Поцелуев мост.
Купив букет подснежников, влюбленные и нежные,
Мы шли всегда на Поцелуев мост.

Стареем неизбежно мы, но с Леной мы по-прежнему
Друг в друга влюблены, а в чем секрет?
А в том, признать приходиться, что все мосты разводятся,
А Поцелуев, извините, нет!
А в том, признать приходиться, что все мосты разводятся,
А Поцелуев, извините, нет!

Леди Даннеман (А. Ф. Скляр)

Мисс Даннеман, простите, вас мучают кошмары,
А ветры с океана врываются в постель.
Вы также одиноки, как Voodoo Child из мавра
Как старая пластинка на столе.

Хриплый патефон пустоту взорвёт
Жалобой глухих рыданий.
Руки упадут и предатель Род
Подпоёт дрожанью век.

Снова тот же сон, рядом та же тень
И в плену марихуаны
Леди Даннеман будет пить абсент
С Voodoo Child наедине.

Мисс Даннеман под бритвой, как струны лопнут вены
И черные потоки смешаются с вином,
И также улыбнётся печальный юный демон
Сиреневою пальмой за окном.

Хриплый патефон пустоту взорвёт
Жалобой глухих рыданий.
Руки упадут и предатель Род
Подпоёт дрожанью век.

Снова тот же сон, рядом та же тень
И в плену марихуаны
Леди Даннеман молча пьёт абсент
С Voodoo Child наедине.

Талисман (Е. Головин)

Ты ходишь ночью на панель
С тобой лохматый спаниель
Твой незамысловатый враг
И кличка у него "Дурак".

В твоём кармане талисман
Слоновой кости истукан.
Ты очень хочешь с ним дружить,
Чтобы спокойно жизнь прожить.

Он любит фильмы Бертолуччи
И ворожит несчастный случай
И ненавидит он детей
И пожирает лак с ногтей.

Садись-ка лучше в поезд и распусти свой пояс
Тряхни прической рыжей и выпрыгни на крышу
И бегай по вагонам, танцуя огалтело
И плюнь ты на законы физического тела

Тряхни прической бритой, скажи им - до свиданья!
И распустись на небе павлиновым сияньем.
Тряхни прической бритой, скажи им - до свиданья!
И распустись на небе павлиновым сияньем.

Тряхни прической бритой, скажи им - до свиданья!
И распустись на небе павлиновым сияньем.
Тряхни прической бритой, скажи им - до свиданья!
И распустись на небе павлиновым сияньем.

Тряхни прической бритой, скажи им - до свиданья!
И распустись на небе павлиновым сияньем.

Все музыкальные и видео файлы на этом сайте представлены исключительно для ознакомления без целей коммерческого использования и должны быть удалены в течение 24 часов с момента скачивания. Администрация сайта не несет ответственности за неправомерные нарушения пользователей против правообладателей. Сайт предоставляет только ссылки на скачивание и ничего более.

На правах рекламы:

Яндекс.Метрика

Антология русского рока COPYRIGHT © 2008-2016. All Rights Reserved.